Феликс Блинов: "Важно проложить для капитала понятное и удобное "русло"
Рынок российских инвестиций за последние пять лет претерпел существенные изменения. Прежде всего, на это повлияла экономическая ситуация, ужесточение денежно-кредитной политики (ДКП). Кроме того, за последние годы произошел масштабный приход частных инвесторов на фондовый рынок. О том, как влияют эти события на рынок, о предпочтениях инвесторов сегодня и возможностях для "долгих" денег в интервью "Интерфаксу" рассказал генеральный директор инвестиционной группы "РВМ Капитал", президент Российской гильдии управляющих и девелоперов Феликс Блинов.
- Феликс Львович, насколько стабильна сегодня ситуация в плане инвестиций на российском рынке? Куда он вообще движется?
- Я предлагаю отложить в сторону геополитику и санкции, так как очевидно, что эти факторы негативно влияют на развитие экономики в целом. Если же мыслить не в политических, а в экономических реалиях, то в этом контексте весь прошлый год прошел под влиянием высокой ключевой ставки, при которой инвесторам было невыгодно вкладывать капитал в проекты – проще и эффективнее было "пересидеть" это время в депозитах. Сегодня ключевая ставка близка к нормальной ставке для развивающихся стран – приблизительно 10%, при которой уже можно развивать проекты.
Более определяющим моментом на сегодняшний день, на мой взгляд, является курс доллара. Если бы он был на 10 рублей выше, экономика точно работала бы лучше. Сейчас многие наши товары продаются в убыток, спрос и объемы поставок сократились. Наш экспорт сегодня по ряду ключевых позиций экономически нецелесообразен. Как только курс двинется, все "задышит".
Любые закономерности работают при нормально функционирующей системе. Как в физике – опыт должен проходить при нормальных условиях (НУ). Только тогда он имеет смысл, а его показатели стоит отслеживать. В отсутствии НУ невозможно произвести корректный с точки зрения результата опыт. Мы сейчас живем в режиме ненормальных условий, когда далеко не всегда можно просчитать реакцию на предпринятые действия. Удивительно, что и в такой ситуации наша экономика демонстрирует неплохую стабильность. Но запас прочности, тем не менее, постепенно истощается.
Добавим к этому тот факт, что наша экономика изначально была не доинвестирована, поэтому сегодня рынок как никогда остро ощущает нехватку капитала, а стоимость его привлечения в проекты неуклонно растет. Бизнес истощил "накопленные запасы", которые постепенно тратил в ожидании снижения ключевой ставки после ее стремительного взлета. При этом быстрого снижения, как это было в период пандемии, не произошло, и в итоге рынок столкнулся с ухудшением балансов компаний, сложной реструктуризацией кредитов, дефолтами и т.д. Поэтому я бы не сказал, что ситуация с инвестициями сейчас стабильна, но дальнейшее снижение ключевой ставки и рост курса доллара будут работать в плюс для стабилизации ситуации в экономике.
- Переходят ли частные некрупные капиталы из депозитов в экономику, как прогнозировали некоторые эксперты? Какая сфера наиболее выгодна для инвестиций?
- Я не устану повторять, что деньги – как вода, которая в любом случае найдет свою дорогу. При этом она пойдет либо по максимально естественному для нее пути, либо по специально проложенному для нее каналу. Так и с капиталом. Чтобы он пришел на нужный нам рынок, важно проложить для него понятное и удобное "русло". Условно, при высокой ключевой ставке Банк России создал все условия для "остужения" денег, и капитал пошел в депозиты. Капиталу свойственна рациональность.
Если депозиты обеспечивают доходность в 20% годовых, какой смысл инвестировать в проекты?! В крайнем случае, можно купить бонды. Депозиты и бонды – это то, на чем зарабатывали инвесторы последние три года. Профессиональные управляющие, те, кто "обслуживают" капитал, идут всегда вслед за капиталом.
Приведу еще один пример грамотной "переориентации" капитала – программа стимулирования строительства мест приложения труда (МПТ), которая реализуется в Москве. В рамках программы инвестор получает льготу при оплате за изменение вида разрешенного использования земельного участка под строительство жилья при создании проекта социальной инфраструктуры. В результате такой "мотивации" капитал пошел в нужные для города социальные проекты. В принципе, такую программу мог запустить любой регион – при наличии воли и желания со стороны органов муниципального управления. Понятно, что Москве с ее деньгами это сделать легче, чем другим регионам. Но, тем не менее, пробовать точно стоит.
Во многом, от таких решений и программ зависит, куда в перспективе могут пойти деньги с банковских депозитов. Этот вопрос обсуждается последние года два на каждой конференции. Если тематика конференции посвящена недвижимости – эксперты говорят о скором перетоке денег с депозитов на рынок недвижимости. На мероприятиях по фондовому рынку те же слова звучат в адрес, например, акций. Мы в "РВМ Капитал" смотрим на это иначе. Сами депозиты инертны, основное тело капитала, скорее всего, так и останется лежать на вкладах. Экономика может рассчитывать только на доходы от этих депозитов. Однако и эта сумма достаточно весомая – десятки триллионов рублей.
- Куда сегодня начинают вкладываться инвесторы?
- Сегодня мы видим "первых ласточек" - первые "ручейки" капитала потекли с депозитов в проекты, на фондовый рынок. В частности, Банк России отмечает, что по итогам первого квартала текущего года приток новых денег на фондовый рынок стал рекордным с начала наблюдений в 2021 году и составил 910 млрд руб. Больше всего вложений в этот период пришлось на фонды денежного рынка и облигаций, опытные инвесторы также увеличили вложения в долгосрочные ОФЗ и корпоративные облигации. Это только начало. Рано или поздно доходы от депозитов будут инвестированы в экономику, а вот куда они пойдут – на фондовый рынок, в private equity (прямые инвестиции) проекты или недвижимость – зависит от нас, от того, куда мы проложим эти "русла". Капитал пойдет туда, где будут проще и понятнее условия, выше доверие. Мы предполагаем, что первый выбор инвестора – это всегда недвижимость, и мы будем этому рады, потому что уже 20 лет работаем с недвижимостью.
Мы понимаем, что недвижимость – это понятный, но консервативный инструмент инвестирования, с не самой высокой доходностью. Инвесторы же будут искать более эффективные варианты вложения капитала, и сегодня рынок уже предоставляет такие возможности. Запускаются первые ЗПИФы private equity (прямых инвестиций) проектов, когда инвестор приобретает не "голубые фишки" на бирже, не "кирпичи" в правильной локации, а инвестирует в компании, в фонды, которые привлекают капитал для развития. Сейчас фактически мы пришли к понятной модели, которая давно и успешно работает во всем мире. С одной стороны, есть "пенсионеры", у которых есть капитал, с другой стороны – талантливая молодежь, которая с привлечением этого капитала создает операционные бизнесы с более высокой доходностью, чем депозиты.
Конечно, самая интересная и эффективная с точки зрения доходности сфера – это инвестиции в private equity (прямые инвестиции) проекты. В такие проекты чаще заходят не частные, а клубные инвесторы, потому что риски в таких проектах существенно выше, как и доходность. Критически важно понимать, что инвесторы хорошо осознают этот баланс. В проекты прямых инвестиций должны заходить инвесторы, имеющие "запас прочности" и понимающие, что вместе с более высокой доходностью они получают и повышенный риск-профиль.
Будут ли деньги, которые придут с депозитов в экономику, долгими? Уверенности в этом нет. В условиях высокой экономической турбулентности инвестиционные горизонты объективно сжались. Сейчас мы с ностальгией вспоминаем период, когда мы оперировали горизонтами в 10 лет, а договоры аренды заключали минимум на семь. Сегодня же арендный договор – это три года, да и то непонятно, какой закладывать уровень инфляции и какую индексацию.
Я думаю, что массового возврата к долгосрочным инвестициям в ближайшее время не произойдёт. Рынок сейчас синхронизировался на трёхлетнем горизонте. Все участники – и инвесторы, и управляющие – видят этот срок как предельный для хоть сколько-нибудь надёжного планирования. Соответственно, пришедшие в экономику деньги будут "среднесроком" по сегодняшним меркам, но не длинными в классическом понимании.
- Как удается инвестиционным компаниям балансировать на нестабильном рынке? Какими качествами должен обладать руководитель, чтобы удержать компанию на плаву?
- В турбулентные времена успех, на мой взгляд, держится на двух "китах": лидерская воля руководителя плюс командная синергия. Решающую роль играет то, насколько слаженно коллектив действует в выбранном направлении и насколько гибко, проактивно реагирует на внешние изменения.
Но этого мало. Руководитель обязан чувствовать смену ветра до того, как он ударит в лицо. В идеале он должен быть тем вождём, который предугадывает маршрут миграции бизоньего стада, чтобы его "индейцы" оказались в нужном месте вовремя.
Например, момент, когда депозиты временно "переиграли" альтернативные инструменты, и инвесторы охладели к недвижимости. Мы не стали ждать возвращения спроса – мы развернули бизнес в сторону сервисной модели.
Безусловно, такая смена курса часто требует и смены команды. Это неизбежный, но самый деликатный этап. Задача любого управленца – сделать процесс такого переформатирования максимально профессиональным и человечным. Чтобы после расставания с людьми оставались нормальные отношения, без «перехода на другую сторону улицы» при случайной встрече.
- Что за эти 20 лет произошло с клиентами инвесткомпаний?
- В первую очередь, здесь я бы подчеркнул, что за последние пять лет рынок коллективных инвестиций совершил качественный рывок в своем развитии, и сегодня представляет собой сложившийся рынок с большим числом разных инвесторов, проектов, профессиональных управляющих компаний.
По итогам 2025 года совокупная стоимость чистых активов паевых инвестиционных фондов достигла 21,7 триллионов рублей, количество владельцев паев ПИФ – почти 22 миллиона человек. Получается, что практически каждый четвертый взрослый человек в России является владельцем пая – инвестиции зашли в каждый дом.
Но потребовалось 20 лет, чтобы реализовать то, для чего изначально и создавался этот рынок, – дать возможность частным инвесторам коллективно инвестировать в качественные активы. Благодаря слаженной работе всех участников рынка – Банка России, НАУФОР, управляющих компаний, мы выполнили эту миссию – у небольших частных инвесторов появилась возможность зайти на рынок коллективных инвестиций.
В результате сегодня розничные частные инвесторы могут инвестировать, например, в крупные объекты недвижимости – бизнес-центры, склады, популярный сегодня light industrial (легкая промышленность), – в объекты, которые раньше были недоступны для вложения капитала на "небольшом чеке". При этом вместе с трансформацией рынка произошла трансформация инвесторов и самих управляющих компаний.
- Как вы оцениваете сегодняшний рынок коллективных инвестиций?
- Рынок коллективных инвестиций и доверительного управления стал зрелым и более сложным. На нем представлена масса разных активов, разные стратегии управления этими активами, где работают талантливые команды. Многие управляющие компании нашли свое кунг-фу, свою нишу. Есть управляющие компании, которые специализируются на складской недвижимости, есть те, кто работает преимущественно в сегменте light industrial (легкая промышленность) и т.д. Есть УК, которые пробуют совершенно новые для рынка сферы – например, формируют фонды на майнинг или фонды "специальных ситуаций". Кто-то специализируется на фондовом рынке, кто-то больше работает с институциональными инвесторами, кто-то – с розницей.
Разные компании – разный стиль – разные технологии – разные продукты. В результате формируется широкий выбор предложения для инвесторов. Рождая этот выбор и делая этот рынок зрелым и профессиональным, мы все дальше и дальше идём по пути усложнения инвестиционных продуктов и проектов.
Если посмотреть на опыт нашей компании, за 20 лет работы на рынке мы реализовали много разных проектов, у нас сформировалась своя "продуктовая линейка" и, конечно, своя целевая аудитория.
- Как сказалась цифровизация на рынке инвестирования?
В моменте становления рынка управляющие компании начинали работать с институциональными инвесторами, НПФ, разговаривая с ними "лично" и на профессиональном языке, предлагая конкретный ЗПИФ под конкретные задачи – своего рода, “лепили вазу" hand-made (вручную). Сегодня у нас другой инвестор, с которым мы, по сути, даже не разговариваем. Инвестор "разговаривает" со своим телефоном, через приложение в котором он покупает пай. Или через биржу. В результате мы делаем продукт, "красивую вазу", ориентируясь на то, что, по нашему мнению, может быть интересно инвестору, а также исходя из имеющегося у нас предложения. Эти инвесторы – не финансисты, и они не обязаны быть таковыми. Поэтому, фактически, мы сами формируем их ожидания. Но и мы сами должны впоследствии этим ожиданиям соответствовать. Не разочаровать их.
Можно посмотреть шире – на фондовый рынок в целом. Здесь мы тоже видим серьезные изменения за последние 5-6 лет. В первую очередь, это, конечно, масштабный приход частных инвесторов на фондовый рынок, который произошел в 2020-2021-м годах и продолжался последние несколько лет. Так, по данным Банка России, по итогам первого квартала текущего года объем портфелей розничных инвесторов на фондовом рынке достиг 13,3 трлн руб., а число самих инвесторов с активами на брокерских счетах достигло 5,8 млн человек. Для сравнения – на конец 2020 года сумма инвестиций россиян на фондовом рынке достигала всего 6 трлн рублей. Рост более чем в два раза.
- Насколько сильна сейчас конкуренция на рынке? Она растет или падает?
- На мой взгляд, главный тренд последних лет на рынке коллективных инвестиций – это переход его участников от активного "деления инвестиционного пирога" к разумной кооперации. Да, на рынок выходят новые игроки и сильные управленческие команды, но я продолжаю рассматривать их, в первую очередь, как партнеров. На мой взгляд, именно клиентоориентированность и взаимное уважение внутри индустрии стали теми факторами, которые позволили рынку коллективных инвестиций пройти все макроэкономические шоки и выйти на текущий этап зрелости.
Мы увидели, что компании, которые пошли по пути конструктивного взаимодействия с другими участниками рынка, остались, а те, кто пытались смотреть на рынок только с позиции конкуренции, ушли. Выживают и демонстрируют устойчивый рост те, кто видит в коллегах именно партнеров. Сегодня практически каждая управляющая компания нашла свою уникальную нишу и своего розничного или институционального инвестора. Поэтому мы не "воюем за пайщика", а, скорее, обмениваемся лучшими практиками, встречаемся на профессиональных площадках и учимся друг у друга. Это и есть главный инструмент конкуренции сегодня — умение быть открытым к опыту других, оставаясь экспертом в своей сфере.
